Белорусские "скрытые лидеры", интернет вещей и облака. Как прошла конференция Party Hard 2019

У многих IT ассоциируется в первую очередь с разработкой ПО, тестированием или просто программированием. Но не менее важную роль играет и те устройства, которые при этом используются. Так называемое "железо" также не стоит на месте и стремительно развивается. Именно для тех, кто без "харда" не мыслит своей жизни, 27 апреля прошла конференция Party Hard 2019.

Со вступительным словом выступил Игорь Мамоненко, председатель Республиканской конфедерации предпринимательства, генеральный директор BelHard, автор проекта "ИТ-страна". Он подчеркнул, что в Беларуси быстро развивается любовь к разработке софта и приложений, потому что это требует меньше усилий, чем сочетание софта и железа. Но в стране остаётся огромный интерес и к "умному железу".

В программе "ИТ-страна" предусмотрен большой раздел, и мы все дружно надеемся, что эта часть бизнес-активности и предпринимательской активности, инновационной активности сохранится и будет развиваться. Сейчас разрабатывается проект электрических авто стоимостью примерно 15 тысяч долларов: человек кнопкой вызвал себе машину, она приехала, он сел и продолжил работать, а машина едет куда надо. И это уже будет на улицах города через два года. Весь мир стремительно идёт в этом направлении.

Также он отметил: чистым софтом заниматься легче, но остаются энтузиасты, которые готовы посвятить свою жизнь разработке железа. Критерий "умности" железа не закреплён, но часто используется такой вариант: железо относится к умному, если стоимость ПО в цене изделия превышает 50 процентов. А практически 90% умного железа делается в Китае. Они активно развивают эту нишу, огромное количество студентов учится, и не только в Китае, в США, в Канаде, в Европе. Они эту нишу отдавать никому не собираются. И поэтому возникает вопрос: что может делать Беларусь? В Китае всё равно наблюдается огромный дефицит специалистов: они готовят миллион, а к намеченному сроку нужно уже два. Также они мыслят последовательно, задача за задачей, но как только появляется какая-то многовариантность, то их образ мышления уже не подходит — в этом случае лучше справляются славяне. Благодаря этому можно заполнить нишу, создав малосерийное производство в области приборостроения, медицинских приборов и роботов. Китайцы готовы отдать нам эту нишу.

Как председатель Республиканской конфедерации предпринимательства, он заявил: бизнес сейчас очень настроен на то, чтобы инвестировать в этом направлении. По последним данным, из Украины выехало 9 млн человек за 3 года. Похожая ситуация в Литве, из 3,5 млн осталось 2,5. Это называют экономическим геноцидом. К счастью, у нас такого нет. Но страна тоже можем потерять своих умных, умеющих работать за компьютером людей очень быстро. Поэтому сейчас есть шанс заняться IT и позволить этим людям остаться. Вскоре появился система поиска работы и инвесторов, похожая работает как раз в Германии. Там огромное количество мелких производств, и когда приходит заказ, он поступает сразу в большое количество пулов. То есть, вся страна работает как один большой завод. И похожую систему хочется сделать у нас. Чтобы, при необходимости, можно было на 2 часа нанять работника для контроля какой-то машины по аутсорсу, без необходимости нанимать человека на постоянную работу. 

 

Фантастические GNU/Linux мобильные ОС и где они обитают

Антон Соколов, Linux Kernel Developer, Softeq Development, сразу отметил, что само словосочетание "Linux на смартфоне" может вызвать ассоциацию с троллейбусом из буханки. По той причине, что многие смартфоны (не компании Apple) рассчитаны на использование дистрибутива Android и не предполагают стороннего. Возник вопрос: а какие могут быть причины, чтобы ввязаться в такую авантюру?  

Во-первых, просто потому что мы можем. Во-вторых, исследовательский момент. Действительно, устанавливая Linux на телефон, мы можем узнать действительно много о том, как там что происходит. Наиболее практический кейс из этого — если есть уже написанное Linux-приложение, которое не было предусмотрено для портирования на Android, но его очень хочется запустить на телефоне, возможно, при установке Linux вам это удастся. Кроме того, запуск Linux на какой-то старом телефоне может дать ему вторую жизнь, то есть вы даже сможете получить этакий хакер-фон, телефон, в котором вы будете знать всё до винтика. Ну, конечно, установка Linux на смартфон может быть отличным способом провести свободное время. Нельзя забывать приятное чувство, если вы любитель Linux, когда твоя смартфон, который всегда с собой, тоже в этой экосистеме вместе с десктопом и ноутбуком.

Основная проблема, как подчеркнул Антон, почему Linux на телефонах так непопулярен, состоит в доступе к оборудованию, которое стоит на наших смартфонах. Теоретически, мы можем просто взять и запустить Linux, но мы получим телефон, который в лучшем случае нам выдаст чёрный экран и не выключится сразу. Конечно, прикольно иметь такой телефон, о котором можно сказать "Хей, у меня тут крутится Linux", но мы хотим от телефона немного большего, хотя бы делать селфи, браузить в интернете, играть в "кристалики". Так получается из-за отличий в доступе к какому-то функционалу оборудования на Linux и Android-платформах.

Рассмотрим Linux: для связи приложения с аппаратурой оно обращается к фреймворкам, которые позволяют абстрагировать доступ к оборудованию. Сами фрейморки с помощью системы вызовов через так называемые узлы устройств девайса отправляют запрос непосредственно к драйверам пространств ядра, которые по низкоуровневым интерфейсам уже обращаются к оборудованию и дают нам функционал.

В Android немного другая ситуация: приложение отправляет запрос к специальным сервисам, которые уже работают с оборудованием и эти сервисы уже через специальный инструмент, внутренний для Android, запрашивают нужный функционал у так называемых разделяемых библиотек, драйверов устройств пространств пользователя. Это библиотеки, которые предоставляются производителем собственно оборудования. И угадайте что? Они закрытые. Их исходники никто не открывает. Но, поскольку Android действительно много взял от Linux и системы достаточно похожи, то остальной путь примерно тот же. Как работать с драйверами в данном случае знают только библиотеки и вся логика заключена в них. 

Казалось бы, в чём проблема? Linux-дистрибутивы рассчитаны на использование библиотеки glibc, в том время как библиотеки для драйверов рассчитаны на библиотеку Bionic. Это реализация библиотеки C для Android, но они несовместимы. Мы не можем её использовать. Но решения есть — библиотека libhybris. Она нам позволяет использовать наши glibc-системы, библиотеки, которые рассчитаны на использование инфраструктуры Bionic. Её можно найти на Githab-е. У нас создаётся некий слой совместимости, и у нас есть реализация, которая делает всю грязную работу и выдёргивает, выгрызает нужный нам функционал из библиотек, позволяя нашим приложениям линковаться с ними.

Возникает вопрос: можем ли мы собрать небольшую часть Andriod, которая будет нативной, и переиспользовать её в своих целях? Да, можем, и такую цель ставит перед собой проект Halium. Минимальный набор нативных Android-сервисов библиотек, который запускается в контейнере. Также проект ставит себе цель стандартизировать доступ к оборудованию, чтобы мы могли брать основу проекта Halium-а и строить дистрибутивы, которые не будут решать проблему доступа к оборудованию, к сервису — всё будет решено. А другой проект, Mer, предоставляет нам всё базовое программное обеспечение, необходимое для работы мобильного устройства.

 

Облака. Взвешиваем вместе

Продвижением белорусских технологий занялся Дмитрий Спичёнок, Lead Product Manager beCloud. По наблюдениям спикера, есть несколько самых частых мифов в отношении белорусского облака. В наших реалиях они звучат как "дорага", "небагата" и "жэстачайшэ". И вызвался все их разрушить цифрами.

Первый миф — "дорага" — обычно включает в себя такие тезисы: очень дорого, нет конкурентов и "да вот я на Amazon...". По поводу конкуренции: на белорусском рынке присутствуют как минимум 5 крупных облачных операторов и 2-3 поменьше. По поводу цен: самая простейшая виртуальная машина, 1 ядро и 1 Гб RAM, и вправду дороже, чем у того же Amazon. Но все остальные позиции у Amazon дороже, чем у beCloud. Чем машина мощнее, чем больше ядер и оперативной памяти, тем больше разрыв. 16 ядер и 32 RAM у нас дешевле почти в три раза. Искушённые пользователи упомянут ресурсы Amazon со скидками и бронь ресурсов на определённый период, и тогда цена в два-два с половиной раза становится меньше. Но и в beCloud есть подобные скидки, от 5 до 20% при бронировании. То есть при сопоставлении выходит, что у нас дешевле.

Миф два — "небагата". Подразумевается, что, либо качество услуг низкое, либо ассортимент услуг низкий, либо опять вариант "да вот у Amazon". На самом деле, в 2019 году говорить про низкий ассортимент не приходится, потому что, по большому счёту, у всех операторов облаков сформировался определенный "джентльменский набор" услуг, который друг от друга мало чем отличается. Что касается такого понятия как "надёжность". Наш сервис строится на базе собственного data-центра, который сертифицирован по стандарту Tier-3. По этому стандарту надёжность и доступность 99,982%. У нас за три года фактическая доступность составила 100 процентов. Инфраструктура не простаивала ни минуты. Кстати, об Amazon. Я был свидетелем, когда люди купили скидочный ресурс, разместили приложение, запустили в продакшн, всё было хорошо, пока через полтора месяца Amazon просто не удалил пул без объяснения причин. То есть полностью релизная версия обвалилась на сутки. А получилось это потому, что Amazon получил клиента побольше и в угоду ему свернули несколько малых клиентов. И никаких компенсаций не было, Amazon лишь вернул на счёт клиента в том же Amazon те копейки, что были эквивалентны простою в сутки.

Миф 3: "жэстачайшэ", объёмный пункт. Дескать, у нас тут всё законами порезано, ничего делать нельзя, по запросу регулятора отключат ресурсы и так далее. Но встаёт вопрос: коллеги, а вам есть, чего бояться? Вы занимаетесь противоправной деятельностью? Тогда у нас плохая новость, всё равно закроют несмотря на расположение: у вас ли на физическом сервере, в облаке или где бы то ни было еще. У тех, кто занимается белым бизнесом и работает на клиента, никаких проблем нет и не будет.

Как показывает сравнение, законы в Республике Беларусь ничем не сложнее и не жестче, чем в других странах, активно развивающих ИТ-отрасль. Кроме того, необходимый уровень средств защиты информации должен быть утвержден законодательно, чтобы клиенты по умолчанию получали услуги с высоким уровнем информационной безопасности.

Разместить можно, по сути, всё: начиная от резервных копий данных и заканчивая полноценными информационными системами целиком и приложений. Вариантов размещения очень много, от простейших виртуальных машин до персонального облака. Поэтому не стоит говорить о том, что у нас всё плохо, и относиться заведомо предвзято. Стоит всё здраво оценивать и детально сравнивать при выборе любой услуги, не только облачной. Поэтому, как советует спикер, освобождайтесь от предрассудков и смело «купляйце беларускае»!

 

Бизнес на научных и инновационных разработках

О сочетании бизнеса и инноваций, а также крупных и, главное, успешных белорусских компаниях рассказала Людмила Антоновская, председатель совета Ассоциации "Инновационное приборостроение", учредитель и управляющий директор международного холдинга Polimaster.  

Она отметила, что на вопрос "стоит ли учёным идти в бизнес?" Имеет чёткий ответ — учёным не стоит идти в бизнес, а вот инженерам — стоит. Различие между учёным и инженером можно описать в очень простой фразе: «учёный работает для того, чтобы знать, а инженер знает, чтобы работать». Если вы знаете, чтобы работать, то на этом можно делать бизнес. Когда у вас есть идея, какая-то разработка, есть три вопроса, которые стоит себе задать.

1)       Для того, что вы придумали, есть ли рынок?
Иногда бывает, что у вас прекрасная идея, а рынка для неё не существует.

2)       Может, рынка и не существует, и хорошо! Тогда мы оказываемся в «голубом океане» (то есть вы приходите туда, где никого из конкурентов нет, потому что вы создали что-то новое). Но тогда второй вопрос, а можно ли эти рынки создать?
И когда ответили на два вопроса, остался третий:

3)       Есть ли конкуренты и чем вы лучше их? Здесь нужно учитывать и тех, кто уже предлагает похожий продукт и тех, кто может быстро разработать что-то похожее на вашу идею.

Вроде три простых вопроса, но многие бизнесы и стартапы именно на этих простых вопросах не смогли чётко сформулировать ответы. 

Дальше следует вопрос: а где взять деньги на реализацию? Как выясняется, в Беларуси достаточно много возможностей. Государство начало инвестировать в стартапы, есть Государственном комитете по науки и технологии у него есть конкурс стартапов , есть Белорусский инновационный фонд (БИФ), и они действительно инвестируют в самом начальном этапе. Есть международные банки, но у них ограничения: нужно существовать уже два года, чтобы получить деньги, но они действительно дают бесплатные гранты. Ну и, конечно, частные инвестиции и собственные вложения. Для примера, компания "Polimaster" была создана за счёт продажи старых Жигулей "копейки" за 800 долларов. Сейчас это уже международный бизнес. 

Бизнес-модель «хардверной» компании может быть быть разной. Есть компании полного цикла. Это: маркетинг (вы придумали, что нужно на рынке), потом у вас родилась идея, как это реализовать, то, что раньше никто ещё не придумывал, вы сделали разработку, произвели, продали, оказали техподдержку, после этого клиенты высказали вам всё, что они думают по поводу вашего продукта, у вас родилась новая идея — и вы побежали дальше по кругу.

Многие бизнесы в Беларуси работают именно по этому циклу, полному кругу, и в нём можно работать достаточно долго, десятилетиями. Есть другой вариант: можно создавать только инновации и продавать их. Только саму идею, стартап. Вместе с этим клиенту продаётся IP (интеллектуальная собственность) и за неё платят вам один раз. Дальше нужна новая инновация. Следующий вариант — сделать инновацию и разработку, а продавать лицензию на IP, то есть право на использование. Тогда вы остаётесь на определённом потоке денег. Может быть вариант, когда добавите к предыдущему производство, но сами продажами не занимаетесь. На следующем этапе добавляем маркетинг — и почти добираемся до модели полного цикла. Но есть самые хитрые: те, кто не занимается производством. Разработка и продажи — да, производство отдаём на аутсорстинг. Потому что производство на самом деле самая трудоемкая и неприбыльная часть. Особенно для стартапов, у которых нет необходимости полностью закупать оборудование под производство, это — прекрасная модель.

Спикер выделила: почему в Беларуси, на удивление, много технологических компаний, которые работают успешно? Хотя кажется, что у нас нет предпосылок, но у нас очень хорошо развита электроника. Ещё с советских времён в Беларуси был сильный научно-технический потенциал, осталась мощная инженерная школа. Поэтому у нас есть доступ к человеческим ресурсам, к техническим специалистам, а также технологическая база. Это — поставщики. По потребителям: изначально все технологическим компании, которые здесь появлялись, работали на так называемый "внутренний рынок".

Под этим словосочетанием предполагается СНГ, а не только Беларусь. Освоив СНГ, компании вынуждены выходить на мировой рынок чтобы расти и развиваться.Как только мы выходим на мировые рынки, нас быстро учат работать в рамках жёсткой международной конкуренции. За счёт этой конкуренции и вырастают компании, которые относятся к так называемым "скрытым чемпионам", то есть они лидируют в своей нише, но не очень известны обычному потребителю, Потому что это компании, которые не работают в рынке B2C, они обычно работают на рынках В2В (бизнес-покупателей) и B2G (госпокупателей).

Как и почему белорусские компании могут конкурировать с гигантами? У глобальных корпораций негибкий процесс разработки, они не подстраиваются под клиента. А мы — маленькие, мы быстрее.

В области электроники барьер входа — это стоимость разработки. Говорят, в Беларуси нет технологических компаний, но я назову лишь несколько: компания "Yukon" занимается оптикой, оборот примерно 100 млн евро в год, в своей области они лидируют, делают, например, прицелы для охотничьих ружей, считаются лучшими в мире. Никто с ними в их области конкурировать не может. И даже есть дефицит на их оборудование, они не ищут заказчика.

Компания IZOVAC делает оборудование для вакуумного напыления, на оборудовании компании делаются тачскрины для iPhone и Samsung. Среди "новичков"-компаний можно назвать Kino-mo, которая получила грант, выиграв стартап-конкурс Ричарда Брэнсона. Есть множество компаний, которая занимается разработкой электроники и приборов. Таких компания всего примерно 110-120, а в деньгах эта отрасль не меньше чем IT-индустрия Беларуси. У нас как у ассоциации есть благородная цель: чтобы у нас была своя «Кремниевая долина», но для стран СНГ, где делается то, что требуется во всём мире.

Организатором Party Hard традиционно выступает старейший белорусский IT-портал KV.by.

Cloud-партнёр: beCloud.

Партнеры конференции: SOFTEQ, МТС-Беларусь, NaviSpy, кафе GARAGE.

Версия для печатиВерсия для печати

Рубрики: 

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Всего голосов: 1
Заметили ошибку? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter!